Вы здесь

Комментарий к СТ 240 УПК РФ

Статья 240 УПК РФ. Непосредственность и устность

Комментарий к статье 240 УПК РФ:

1. Принцип непосредственности исследования доказательств в ком. статье фактически не раскрывается. В доктрине судопроизводства он понимается как требование обязательного представления и исследования в суде доступных первоисточников доказательственной информации. Причем первоисточником следует считать не просто подлинник документа или оригинал предмета, а именно лицо, составившее документ, представившее предмет и т.д. И только при недоступности такого лица может быть принят в качестве доказательства соответствующий документ или предмет. Таким образом, понятие первоисточника в состязательном процессе понимается более узко, чем понятие первоначального доказательства. Все первоисточники дают доказательства первоначальные, но не все первоначальные доказательства получены из первоисточника. Так, подлинный рапорт сотрудника полиции об обстоятельствах задержания подозреваемого, безусловно, первоначальное доказательство в сравнении, например, с копией этого документа. Однако первоисточником доказательственной информации является все же само лицо, составившее рапорт, и именно его предпочтительно допросить в состязательном процессе в качестве свидетеля. Устность предполагает, что все личные доказательства, т.е. сведения, имеющие своим источником людей, должны быть предъявлены суду в словесной форме. Это касается, прежде всего, показаний обвиняемого, потерпевшего, свидетелей, заключений экспертов, иных документов, причем по общему правилу и в том случае, когда на предварительном следствии они имели вид письменный.

Так, в судебной практике возникала проблема о порядке оглашения показаний обвиняемого, находящегося в момент судебного разбирательства в розыске <1>. По буквальному смыслу для этого непригодны ни правила статей 276 (оглашение показаний подсудимого), 281 (оглашение показаний потерпевшего и свидетеля) и, в силу ч. 2 ком. статьи, - ни нормы статьи 285 (оглашение протоколов следственных действий). Из принципа непосредственности исследования доказательств следует, что данные показания как личное доказательство если и могут быть оглашены, то в порядке исключения и по аналогии с наиболее близкими правилами - оглашением показаний свидетеля, так как скрывшийся соучастник "свидетельствует" против другого соучастника).

--------------------------------
<1> См. Определения КС РФ от 08.04.2010 N 601-О-О и N 602-О-О.

2. Особенно важным представляется здесь то обстоятельство, что заключение эксперта должно быть именно заслушано, наряду с показаниями подсудимого, потерпевшего и свидетелей, а не оглашено, как это предусмотрено для протоколов и иных документов. Такое терминологическое различие не случайно. "Огласить" - значит прочесть вслух для всеобщего сведения, объявить, тогда как "заслушать" - выслушать то, что оглашается <1>. То есть оглашает протоколы и документы сам суд, а заслушивает то, что оглашается другими. Кем же? По смыслу данной нормы (как и в случае стоящих в одном ряду с заключением эксперта показаний свидетеля, когда суд выслушивает именно свидетеля) заслушивается непосредственно сам эксперт. Такое толкование в наибольшей степени отвечает названию, а значит, и назначению данной статьи. Сложившееся на практике обыкновение судов не заслушивать, а лишь оглашать письменные заключения экспертов, данные ими на предварительном расследовании, как правило, без допроса самих экспертов, фактически означает изъятие из принципа непосредственности исследования доказательств, что несовместимо с декларируемой в УПК состязательностью судопроизводства. Подобная практика существенно подрывает принцип равенства сторон, ибо представленные в суд заключения экспертов практически всегда являются обвинительными доказательствами, которым сторона защиты может противопоставить лишь глубокое критическое исследование экспертного заключения. Но необходимым условием такого исследования является возможность допросить самого эксперта, особенно если при этом защитник воспользуется помощью соответствующего специалиста.

--------------------------------
<1> См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1994. С. 214, 434.

3. Протоколы других предварительных следственных действий и иных документов допускаются для оглашения, но лишь по ходатайству сторон или по особому определению (постановлению) суда, т.е. фактически в порядке исключения. Но в качестве общего правила предполагается проведение в судебном заседании таких действий, как осмотр местности или помещения (ст. 287), следственный эксперимент (ст. 288), предъявление для опознания новых объектов (ст. 289), освидетельствование (ст. 290), когда для этого имеется практическая возможность. При этом оглашение протоколов аналогичных следственных действий, ранее уже проведенных на предварительном расследовании, имеет смысл лишь для восполнения деталей, которые могли стереться со времени предварительного расследования. Для иных следственных действий, проведенных в ходе досудебной подготовки, которые, как правило, невозможно повторить в судебном следствии (обыск, выемка, опознание тех же самых объектов), вопрос может решаться несколько иначе. Хотя протоколы этих действий и оглашаются в судебном заседании, принцип непосредственности, как говорилось выше, требует привлечения первоисточника сведений, т.е. допроса участвовавших в данных следственных действиях лиц - во всяком случае, если этого требует заинтересованная сторона.

4. Особый интерес представляют с точки зрения соблюдения принципов устности и непосредственности официальные документы (нормативные, распорядительные, справочно-удостоверительные, контрольные и информационные). Дело в том, что сведения, удостоверенные или изложенные в этих документах, юридически исходят не от физических лиц, а от государственных органов, должностных лиц и организаций, которые допрошены быть не могут. И если те, издавая документ, не вышли за пределы своей правоспособности, то их следует считать первоисточниками данных, а сами такие документы допустимо рассматривать как первоначальные доказательства. В подобных случаях можно ограничиться оглашением названных документов в судебном заседании без допроса лиц, их подписавших, хотя, конечно, при необходимости допрос и не исключен.

5. В состязательном процессе могут фигурировать и предметные (вещественные) доказательства. Принцип устности так же, как и принцип непосредственности, требует допросить, когда это практически доступно, лицо, представившее предмет либо принимавшее участие в его обнаружении, изъятии или создании, относительно названных обстоятельств. Один лишь осмотр сторонами предмета не обеспечивает им равных возможностей для состязания, так как без человека и его словесных пояснений предмет может быть недостаточно информативен; доказательством он может стать лишь в пределах правовой системы "предмет - человек". За ее пределами свойства предмета не могут являться вещественными доказательствами (см. ком. к ст. 81 настоящего Кодекса). Это, впрочем, не означает, что можно удовлетвориться, например, лишь устным пересказом свидетелем содержания документа - вещественного доказательства, так как устное изложение в данном случае было бы заменой исследования самого предметного первоначального доказательства. Исключение может быть допущено только тогда, когда представление оригинала физически невозможно или вызывает значительные трудности.

6. Согласно части 3 ком. статьи приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Это значит, что доказательства, не заслушанные и не оглашенные в судебном заседании, не могут быть использованы при постановлении приговора или иного итогового судебного решения, т.е. являются недопустимыми.

7. О допросе свидетеля и потерпевшего путем использования систем видеоконференцсвязи см. ст. 278.1 УПК.